Неточные совпадения
Тогда
мужик вскочил с постели, выхватил топор из-за
спины и стал махать во все стороны.
Полукругом стояли краснолицые музыканты, неистово дуя в трубы, медные крики и уханье труб вливалось в непрерывный, воющий шум города, и вой был так силен, что казалось, это он раскачивает деревья в садах и от него бегут во все стороны, как встревоженные тараканы, бородатые
мужики с котомками
за спиною, заплаканные бабы.
Ей жаль
мужика, который едва тащит мешок на
спине. Она догадывается, что вон эта женщина торопится с узлом заложить последний салоп, чтоб заплатить
за квартиру и т. д. Всякого и всякую провожает задумчиво-заботливый взгляд Софьи.
Двое
мужиков схватили Конона и поволокли из избушки. Авгарь с невероятною для бабы силой вырвалась из рук державшего ее
мужика, схватила топор и, не глядя, ударила им большого
мужика прямо по
спине. Тот вскинулся, как ошпаренный, повалил ее на пол и уже схватил
за горло.
Тот же Тетюев и Майзель толкуют
за мужиков, а сами из-за мужицкой
спины добивают Раису Павловну.
— Это ты верно говоришь, дедушка, — вступился какой-то прасол. — Все барином кормимся, все у него
за спиной сидим, как тараканы
за печкой. Стоит ему сказать единое слово — и кончено: все по миру пойдем… Уж это верно! Вот взять хошь нас! живем своей торговой частью, барин для нас тьфу, кажется, а разобрать, так… одно слово: барин!.. И пословица такая говорится: из барина пух — из
мужика дух.
Одна из пристяжных пришла сама. Дворовый ямщик, как бы сжалившись над ней, положил ее постромки на вальки и, ударив ее по
спине, чтоб она их вытянула, проговорил: «Ладно! Идет!» У дальней избы баба, принесшая хомут, подняла с каким-то
мужиком страшную брань
за вожжи. Другую пристяжную привел, наконец, сам извозчик, седенький, сгорбленный старичишка, и принялся ее припутывать. Между тем старый извозчик, в ожидании на водку, стоял уже без шапки и обратился сначала к купцу.
Четверо
мужиков, взяв Савку
за руки и
за ноги, поволокли его, точно куль мякины, задевая и шаркая о землю его выгнутою
спиною.
До сих пор он хоронился
за спинами других
мужиков, слушал в мрачном безмолвии и все время не сгонял с лица какой-то двусмысленной, горько-лукавой усмешки.
За ним с лаем гнались собаки, кричал где-то позади
мужик, в ушах свистел воздух, и Ивану Дмитричу казалось, что насилие всего мира скопилось
за его
спиной и гонится
за ним.
И тотчас на хозяина — пряча руки
за спину, в карманы,
за гашники — полезли Пашка, солдат, тихий
мужик Лаптев, варщик Никита, все они высовывали головы вперед, точно собираясь бодаться, и все, вперебой, неестественно громко кричали...
Жида Янкеля! Да, того самого Янкеля, которого год назад утащил, теперь приволок обратно. Держит Янкеля крепко
за спину, а Янкель держит в руках большущий узел, завязанный в простыне, и оба ругаются в воздухе, да так шибко, будто десять жидов заспорили на базаре из-за одного
мужика…
Кроме Василия Андреича,
за столом сидел лысый, белобородый старик-хозяин в белой домотканной рубахе; рядом с ним, в тонкой ситцевой рубахе, с здоровенной
спиной и плечами — сын, приехавший из Москвы на праздник, и еще другой сын, широкоплечий — старший брат, хозяйничавший в доме, и худощавый рыжий
мужик — сосед.
Под окнами вагонов, на стороне противоположной станции, медленно прошли по шпалам два загорелых
мужика. Один из них, с большою, лохматою головою, имел
за спиною холщовый узел, а на плече держал косье с привязанной к нему косой; другой
мужик, громадного роста и широкоплечий, хромал на левую ногу; у него не было ни узла, ни косы, и через плечо был перекинут только дырявый зипун.
И так сладостно помнится: косим с работниками и поденными
мужиками лощину. Медленно спускаемся по откосу один
за другим в запахе луговой травы, коса жвыкает, сзади у пояса позвякивает в бруснице брусок, спереди и сзади шипят соседние косы. Потом, внизу, резкий запах срезаемой резики и осоки, из-под сапог выступает ржавая вода. И, закинув косы на плечи, с ощущаемой на
спине мокрой рубахой, гуськом поднимаемся вверх.
А
за ним, снизу от Ножовой линии, сбоку из Черкасского переулка, сверху от Ильинских ворот ползет товар, и над этой колышущейся полосой из лошадей, экипажей, возов, людских голов стоит стон: рубль купца,
спина мужика поют свою нескончаемую песню…